Капля Капала

Капал, Тамшыбулак, история, репортаж, Андрей МихайловСакральные слезы земли.

Обширность Казахстана подразумевает обилие на территории страны многочисленных географических закутков, закоулков, прибежищ, тайников и дыр. Но есть среди всего этого изобилия такие места, которые хочется величать ласково, не иначе как уголки, все остальное звучит слишком грубо. Именно такова долина Джунке, уютно притулившаяся с севера к альпийской стене Джунгарского Алатау. Оставшаяся в стороне от основных дорог в силу исторических обстоятельств расчудесная долина была бы обречена на безвестность. Кабы не два момента, отличивших ее от себе подобных. Во-первых, во времена своего недолгого расцвета в середине XIX века местность эта едва не стала округой столичного центра всего Семиречья. Во-вторых, природа подарила долине многочисленные целебные источники, главный из которых – Капал-Арасан.

 

Бывший город

Капал, Тамшыбулак, история, репортаж, Андрей МихайловНекоторое время назад, работая над материалом о «теневой биографии» Чокана Валиханова, я попытался повторить основные маршруты его жизни. Проехал от Санкт-Петербурга до Кашгара. Двигаясь дорогами этого великого и неординарного участника «Большой игры в Центральной Азии», нельзя, конечно же, миновать Капала, – 150 лет назад именно он был первым здешним оплотом Российской империи, первым городом и первым административным центром Семиречья.

«Был» – это, наверное, и есть наиболее точное определение того состояния, которое можно дать ныне этому населенному пункту, к которому, кстати, еще пару десятилетий назад пристально присматривалось ЮНЕСКО как к потенциальной части всемирного наследия человеческой цивилизации. Сегодня присматриваться в Капале уже особо не к чему. Памятник истории и культуры стал еще одним памятником варварству и равнодушию.

Однако, несмотря на утери, главной из которых специалисты считают комплекс уникальной крепости, разобранной на кирпичи четверть века назад, Капал и его окрестности все еще являются тем местом, которое трудно объехать стороной. Мне по крайней мере это никогда не удается.

Старый тракт из Семипалатинска прежде проходил не там, где сейчас, – вдоль подножия гор, через областной центр Талдыкорган (бывшее село Гавриловка появилось на картах только в 1868 году), а через Капал, который находится на возвышенном плато, отделенном от Прибалхашской равнины небольшим горным хребтом. В разное время по этому старому почтовому тракту проезжали такие светила науки, как Семенов-Тян-Шанский, Северцов, Мушкетов, Пржевальский и многие другие, чьими мемориальными досками не стыдно было бы украсить любые стены. Стен, правда, здесь почти не осталось…

 

Огненная вода и медные трубы

Капал, Тамшыбулак, история, репортаж, Андрей МихайловВалиханов бывал в Капале неоднократно. Можно сказать, что каждый его маршрут по Туркестану и Семиречью начинался и заканчивался здесь: и самая первая поездка к Иссык-Кулю, и дипмиссия в Кульджу, и знаменитое путешествие в Кашгар, и последний поход с генералом Михаилом Черняевым к Аулие-Ате (ныне город Тараз). Конечно, у коммуникабельного и компанейского Чокана появилась в Капале масса приятелей и знакомых.

С местными офицерами и чиновниками достаточно просто можно было пропустить стаканчик завезенного сюда из самой Франции бургундского вина, поговорить о последних мировых новостях и столичных веяниях. Капальская интеллигенция была большой охотницей и до того, и до другого. Перманентный алкоголизм как-то колоритно сочетался в ее представителях с энциклопедичностью познаний, глубокой тяге к науке и исследованиям края. Яркий пример – основатель Капала Степан Абакумов, с которым, несмотря на разницу в возрасте, Чокан был в весьма приятельских отношениях. Их сближало многое, в том числе и Омское войсковое училище, которое оба закончили в разное время.

Вот что пишет об Абакумове в своей книге «Путешествие в Тянь-Шань в 1856-1857 годах» Петр Петрович Семенов-Тян-Шанский: «Он был выдающейся личностью, имевшей заслуги и перед наукой… Немало растений и животных было вновь открыто Абакумовым, и некоторые из них получили его имя…». Несмотря на это, у него была слабость – алкоголизм, «в силу которого Абакумов после каждого обеда находился в состоянии полной невменяемости».

И хотя первый раз (в 1856 году) Чокан проскочил Капал не задерживаясь: спешил в Верный, дабы успеть присоединиться к отряду полковника Михаила Хоментовского, отправлявшегося в разведрейд к берегам Иссык-Куля. Возвратившись сюда через несколько месяцев, Валиханов очень расстроился, не застав никого из тех, с кем уже успел духовно и душевно сойтись.

«Было страшно скучно». Однако скука длилась недолго. Спустя пару дней Капал вновь наполнился собравшимися с разных сторон знакомцами Чокана, и жизнь потекла по ожидаемому руслу.

 

Точка невозврата

Капал, Тамшыбулак, история, репортаж, Андрей МихайловМомент истории, на острие которой возникло первое русское поселение в Семиречье, похож на спутанный клубок вырванных из телефонного кабеля проволок. Распутать его сегодня вряд ли возможно, поэтому каждый дергает проводок того цвета, который больше нравится. Но чего бы ни говорили нынешние историки, самым искренним чаянием основной массы простых жителей Семиречья полтора века назад была сильная власть, которая положила бы конец неопределенности ставшей привычным фоном жизни населения. В той сложной ситуации гарантом спокойствия стала Российская империя со всеми вытекающими из этого плюсами и минусами.

Первая попытка закрепиться у подножия Джунгарского Алатау была предпринята еще во времена Александра I, который удовлетворил прошение султана Сюка (дяди Чокана Валиханова) о принятии его в подданство. В 1825 году на Каратале началось строительство временных построек, которые, однако, просуществовали всего год и были снесены, так как вызвали резкое дипломатическое возражение со стороны Китая, считавшего эту территорию своей собственностью.

Но к 1846 году Россия уже настолько уверенно чувствовала себя в регионе, что могла не обращать особого внимания на притязания Пекина, Коканда и мало прислушивалась к зубовному скрежету британцев. Немаловажно, что и симпатии подавляющей части местного населения Северного Семиречья склонялись к тому времени в ее пользу. Хотя казачьи сотни все еще гонялись по здешним степям (как обычно, безуспешно) за легендарным «Митридатом степей» Кенесары, доходя до самой Или.

…Первая зимовка отряда есаула Абакумова находилась немного выше современного поселения, в горах. Зимовали в землянках. Но уже на следующее лето на нынешнем месте заложили Капальское укрепление. А еще через год было устроено почтовое сообщение с Аягузом (и далее – с Семипалатинском), началась постройка 12 станций. Тогда же здесь появились первые партии переселенцев, основавших возле крепости станицу Капальскую.

Таким образом, к 1854 году, в котором у подножия Заилийского Алатау была заложена Верненская крепость (ей в скором времени суждено было стать новым центром Семиречья), Капал был уже вполне цветущим поселением со статусом города.

 

Меж двух кладбищ

Капал, Тамшыбулак, история, репортаж, Андрей МихайловСовременный Капал встречает приезжего старинным православным кладбищем. Могу сказать со всей ответственностью, второго такого по сохранности и своеобразию в Семиречье не встретить. Чтобы проникнуться его колоритом, достаточно свернуть с дороги и взобраться на кладбищенский холм. Только так можно разглядеть самые древние надгробия, на которых читаются даты рождения, относящиеся к самому началу XIX века, и даты погребения 1870-х годов.

Долговечностью памятники обязаны вовсе не чьей-то особой заботе. Многие могильные камни едва выглядывают из-под земли, а некоторые и вовсе разбиты на куски. Сохранились же они благодаря тому, что сработаны из местного камня, который тут называют гранитом. Потому же читаются и надписи, вытесанные на камнях красивыми старыми шрифтами.

Капальские надгробия не стоят вертикально, как привычно, а лежат на земле, от этого издали макушка холма выглядит совсем лысой. Некоторые из них сильно заросли пестрыми лишайниками. Уверен, что, приложив немного усердия и энергии, среди тех, кто покоится под этими плитами, можно найти и знакомцев Валиханова. Много встречается здесь детских погребений: детская смертность даже в цветущем Капале всегда оставалась высокой. Так, по данным краеведа Николая Ивлева, в 1862 году тут родилось 163 ребенка, а умерло 96.

На другом конце Капала – старое мусульманское кладбище, разделенное оплывшим глиняным дувалом на две части, татарскую и казахскую. Татары, когда-то переселявшиеся сюда в надежде «откосить» от службы в царской армии, и сегодня составляют заметную часть капальского населения. Этим объясняется обилие мечетей – перед революцией их было здесь больше, чем православных церквей.

Всего же в современном Капале проживает около 3000 человек, значительная часть которых – переселенцы из Монголии и Китая. Во времена Валиханова жителей тут было вдвое больше.

 

О чем плач?

Капал, Тамшыбулак, история, репортаж, Андрей МихайловГлавной достопримечательностью Капала сегодня, как и во времена Чокана Валиханова, можно считать большой овраг в центре селения. Со стороны это место выглядит как обыкновенный пустырь. Но стоит спуститься по бетонной лестнице на дно, как попадешь в царствие бесчисленных водяных струй, струек и капелей, которыми сочатся здесь глинистые берега оврага. У каждой струйки и капли свой норов и голос. Оттого, когда тихо, все тут переполнено звуками дивной и печальной симфонии, единственной в своем роде. Тамшыбулак, «капающий родник», носит еще одно название – Источник тысячи слез.

Свое второе наименование он получил от романтически настроенных и скучающих офицеров, с которыми когда-то встречался и знался Валиханов. В те времена господа военные имели обыкновение прогуливать в овраге при лунном свете своих (или чужих: женский дефицит в военном поселении – обыкновенное дело) подруг. Рассказывать им под шум мерцающих капель и чарующий шелест тростника старинную легенду, услышанную от местных. Про двух влюбленных (она, конечно же, ханская дочь, а он – простой джигит), которые пытались соединиться вопреки воле и бежать от разъяренных родичей, но были настигнуты и убиты именно в этом овраге. Природа, растроганная красотой очередного происшествия а-ля Ромео и Джульетта, с тех пор и источает свои чистые слезы.

Люди досужие утверждают, что каждая струйка здесь особенная, способная излечить определенную болезнь. Весь родник таким образом – целая естественная поликлиника, природный лечебный комплекс для сведущих. Неслучайно к Тамшыбулаку постоянно спускаются местные жители со склянками и пластиковыми бутылками: за «лекарством».

Что до слез, то и для них есть все основания. Дабы проникнуться вечной скорбью Тамшыбулака, не нужно вспоминать романтических сказаний, достаточно окинуть взором новоисторические руины, каких немало в современном Капале.

Но об этом читайте уже в следующем номере.

 

Продолжение следует

 

Андрей МИХАЙЛОВ

Фото автора

1 комментарий

  1. Ержан:

    Здравствуйте. Очень понравилось, был 16 августа и уже думал переехать туда. Спасибо за сайт.

Добавить комментарий