Капля Капала – 2

Капал, история, репортаж, Андрей МихайловЗначимость и значительность любого места подтверждается обилием легенд и загадок, с ним связанных. Капал в этом отношении может считаться эталоном. В нем самом и в его окрестностях сосредоточено немало точек приложения таинственных сил, которыми изобиловала местная история.

 

«И многие другие»

Известно, что в Гражданскую войну, бурные семиреченские события которой до сих пор знакомы нам в основном с позиций «Красных орлов» и участников Черкасской обороны, Капал оказался по другую сторону классовой баррикады. Когда город сдали на милость победителей, оказалось, что победители вовсе не преисполнены какой-нибудь милости.

Капал, история, репортаж, Андрей МихайловЛишь недавно близ старого православного кладбища появился поклонный крест «В память жертв братоубийственной смуты 1918-1921 годов». Но логическим центром селения является все же другой памятник, свежевыбеленный обелиск на пустыре – свидетель однобокой истории братоубийств, поставленный в советское время. «Великую честь отдаем красным воинам, погибшим в борьбе за власть советов в городе Капале…» «Власов Иван, Горбовский Севастьян, Лобачев Петр, Моисеенко Петр, Остащенко Иосиф, Сабитов Сабир, Швачунов Георгий, Шариков Митрофан, Юртаев Иван и многие другие». Вот эти «многие другие», собственно, и есть главные герои «братоубийственной смуты» и Гражданской войны. Многие, многие, многие…

Месть победившей власти не исчерпывалась банальными репрессиями в отношении проигравших супротивников. Большая часть тех, кто отстаивал свои убеждения с оружием в руках, вообще-то, оказалась по ту сторону госграницы, за горами. А мстить хотелось. Рассказывают, что несколько сотен добротных капальских домов, сработанных из бревен тянь-шаньской ели, в 1930-е годы были разобраны и перевезены в Алма-Ату. Таким образом якобы был застроен Капальский тракт. Кстати, дабы изжить саму память, переименованный в Красногвардейский.

Не знаю, насколько мало расстояние между легендой и былью. Могу сказать только, что Капальский тракт известен с самого начала появления Верного и что практику экспроприации домов у деклассированных элементов советская власть в годы коллективизации использовала достаточно широко.

Тут, в сонном и заторможенном Капале, события того времени явно ощущаются до сих пор. Чего стоит одна только старинная церковь, от которой остался лишь добротный сруб. В бывшем храме, как и заповедано воинственно-атеистическими традициями ушедшей эпохи, до сих пор располагается местная «тойхана»…

 

Что деды не доломали, сломаем мы!

…Время в Капале течет гораздо медленнее, чем повсюду в окрестностях. И это хорошо чувствуется, когда попадаешь сюда. Проходят годы, а тут, по крайней мере внешне, не меняется ничего.

Капал, история, репортаж, Андрей МихайловИстины ради нужно сказать, что звездный час Капала, в принципе, длился недолго. Несмотря на все предсказания о прекрасной будущности, его закат начался вскоре после того, как тутошние новоселы успели мало-мальски прижиться на новом месте. С продвижением границы на юг центр администрации края переместился в Верный. И почтовый тракт, который первоначально шел через Капал, вскорости был перенесен севернее, к подножию гор.

Со строительством же Турксиба городишко оказался вовсе забытым и обреченным на прозябание. Но если поначалу он хотя бы не разрушался намеренно, то эпоха классовых разборок внесла Капал в черный список населенных пунктов, символизировавших отживший мир с его чуждыми устоями. Со всеми вытекающими последствиями.

Сегодня в Капале медленно продолжается тот процесс, который начали разрушители 1930-х годов. Дома – добротные и красивые (не дома, а архитектурные памятники!) – стоят без окон, дверей и, судя по всему, без хозяев. Остатки крепости – уникальной, единственной подобного рода в Казахстане (да и не только!) все еще являются «каменоломней» для добычи добротного кирпича, из которого построены многие хозпостройки нынешних капальцев. Старая церковь (а новой тут нет), из которой атеисты выгнали Бога, так и стоит, одетая в потрепанные одежки сельского клуба.

 

Земля тайн и секретов

Несмотря на печать запустения (а может быть, как раз благодаря этому), Капал все еще хранит немало загадок и приманок для пытливых умов. Призрак тайны бродит по призраку города столь явственно, что его присутствие ощущаешь сразу, как сюда попадаешь.

Одна из загадок встречает на самом въезде в город-село. Слева, на взгорке, еще недавно стоял типичный капальский дом, без окон, без дверей (ныне остался только фундамент). А рядом – обычный деревянный столб, на котором по сей день еще висят кой-какие провода. Так вот, если приглядеться к основанию столба, то на железном рельсе, который вкопан в качестве устоя, можно прочесть заводской оттиск и дату – «1916 USA». Каким образом американский рельс попал в самую сердцевину Азии – загадка не меньшая, чем вопрос – как этот продукт заморской сталелитейной фабрикации оказался вовлеченным в социалистический план электрификации.

Капал, история, репортаж, Андрей МихайловА вот еще одна возбуждающая воображение тайна. До революции в Капале было немало состоятельных жителей. Их богатства, спрятанные якобы при бегстве в Китай, до сих пор будоражат предприимчивых охотников за сокровищами.

В самом центре Капала стоит еще один дом-призрак, который когда-то принадлежал местному богатею татарину Апсатару. Рассказывают, что в самый разгар эпохи развитого социализма тут однажды появился некий незнакомец, явно «не из нашего района». И принялся уговаривать сторожа (в доме тогда была музыкальная школа) пропустить его на час… в подвал. Якобы предлагал любые деньги. Да вот только сторож оказался таким идейно чистым человеком, что с негодованием отверг предложения пришлого и прогнал, пригрозив милицией.

На том и кончилось бы, да люди старые вдруг припомнили, что приезжавший очень уж похож на одного из сыновей купца Апсатара. В подвал, как и во весь дом, теперь можно войти без спроса. Видно, что земля тут копалась много и часто…

…Характерен в этом отношении случай, произошедший с одним моим знакомым капальцем, который когда-то, подрабатывая электриком, сделал проводку одной местной старушке. Та по окончании работы спросила, какими деньгами ему заплатить – новыми или старыми. И якобы вытащила из загашника толстенную пачку царских ассигнаций. Знакомый мой, трезво рассудив, что водку на это не купишь, предпочел всей этой нумизматической пачке советскую трешку. О чем после жалел.

 

Доктор Соболевский…

Однако есть в ветшающем городе историческая отдушина, которая способна вдохновить скромного любителя истории. Здесь сохранился дом, в котором со стопроцентной вероятностью бывал Чокан Валиханов. Дом, принадлежавший окружному врачу Иерониму Ивановичу Соболевскому. Именно к нему обращался больной Валиханов в последние месяцы своей жизни, приезжая от Алтынемельских гор, из аула султана Тезека. Это была осень 1864 года.

Капал, история, репортаж, Андрей МихайловПо свидетельству Николая Ивлева, вдохновенного исследователя-краеведа Семиречья, Чокан бывал у Соболевского по крайней мере трижды. Благодаря небольшому исследованию Ивлева, мы можем получить некоторые сведения и о самом докторе, и об одном из последних визави Валиханова.

Соболевский – «сын обедневших дворян… воспитанник медицинского факультета Московского университета». Попал в Капал по распределению. Да так и остался в Семиречье навсегда. Прижился, вжился, проникся. Несмотря на то что квалификация позволяла ему сделать карьеру, достаточную для того, чтобы быть востребованным даже в Петербурге. Коллежским советником («майором» статской службы) Соболевский становится еще до встречи с Валихановым – в 1861 году. А в 1894-м дослуживается до статского советника («генерал-майора»).

Правда, еще в 1874 году, после «повышения квалификации» в столице (у самого Николая Ивановича Пирогова) Соболевский покинул Капал и переехал на новую службу – в Верный, став уездным врачом. Здесь, по некоторым сведениям, он и упокоился в 1918 году, дожив до 84 лет, нового века и новой власти.

И разве не симптоматично, что капальский дом, принадлежавший именно врачу-долгожителю, дошел в наиболее сохранном виде до нашего времени? Однако тут не обошлось без женщины. И такой женщины, о которой обязательно нужно рассказать.

 

…и акын Сара

«Здесь ли Сара? Пусть выйдет навстречу,

Биржан-сери приехал, певец.

Кто лучше Сары владеет речью?

Но нынче в ауле ей будет конец».

Этот самоуверенный зачин стал прологом к одному из самых знаменитых песенных поединков в Степи, который состоялся у подножия Ешкиольмеса в 1871 году. Между маститым 37-летним акыном Биржан-салом Кожагул-улы и юной красавицей (как сказали бы ныне – восходящей звездой песенного творчества), местной уроженкой Сарой Тастанбек-кызы. Не знаю, что почувствовал Биржан-сал, но меня бы явно смутил дерзкий ответ бесстрашной девчонки:

Капал, история, репортаж, Андрей Михайлов«Ты мудрый, я думала, ты ж ничтожен,

Подобных тебе я, Биржан, не люблю.

Я меч-неркескен, что вынут из ножен.

Шею свою береги, разрублю.

Останется только облако смрада,

Если тебя изобью языком…»

Вот так вот – никакого снисхождения к возрасту и преклонения перед авторитетом маэстро. Накал страстей предопределил продолжительность знаменитого айтыса – он длился несколько дней. И завершился хотя и победой Биржана (не совсем, надо признать, красивой – корифею пришлось смутить соперницу попреком в старом муже, замуж за которого ее – не по доброй воле! – отдали родственники), но подлинным триумфом Сары. Ее имя разнеслось по степям и горам Казахстана и стало известно каждому казаху. Более того, для народной истории оба участника исторического поединка слились отныне в нераздельную пару. Биржан-сал и акын Сара. «Биржан и Сара». Само собой, вспоминается опера Мукана Тулебаева, премьера которой состоялась в Алма-Ате в 1946 году.

О значении самого айтыса красноречиво свидетельствует то, что он остался не только в народной памяти – уже на следующий год появились его письменные записи. Первая из них – результат ответственного старания собирателя народных песен Жусупбека Шайхисламулы, записавшего все по горячим следам из уст самой Сары. В 1898 году в Казани текст песенного состязания вышел в виде отдельной книги.

…Косвенным следствием исторического айтыса как раз и явилось то, что в Капале прекрасно сохранился дом доктора Соболевского. Еще в советские времена тут обосновался мемориальный музей Сары Тастанбек-кызы. Заведующая музеем Айгуль Алимбаева всегда готова провести экскурсию для любого приезжего и сегодня. В нескольких уютных залах-комнатках бывшего лекарского дома собраны не только вещи, связанные с самой Сарой (сохранилась, например, домбра певицы), но и экспонаты, повествующие о прошлом Капала и его окрестностей.

Но о других достопримечательностях этих мест мы поговорим в следующий раз.

 

Продолжение следует

 

Андрей МИХАЙЛОВ, фото автора

Добавить комментарий