Падение Непала. Записки очевидца трагедии

Непал, землетрясение, культура, репортаж, Андрей Михайлов25 апреля я находился в Непале. Потому мои записки – не какая-то компиляция, надерганная из невразумительных интернет-источников, а свидетельство. Я был непосредственным очевидцем и участником пережитого Непалом и собираюсь описать лишь то, что видел и пережил сам.

 

 

 

Повод

Непал, землетрясение, культура, репортаж, Андрей МихайловВ Непал я приехал совсем с другими задачами и планами. И уже не впервой. Эта удивительная страна всегда манила меня своей исторической заповедностью. Свое­образный географический тупик у подножия самых высоких гор планеты предполагал тут своеобразную ловушку для народов и племен с их исконным своеобразием, принесенным из самых разных частей света. И все это в Непале есть в превосходящем ожидания объеме.

Недаром оригинальные и напористые отечественные псевдоисследователи, число которых с каждым годом множится, легко находят тут некую особую связь и с культурными традициями Казахстана. Хотя каждому более-менее сведущему понятно, что эта связь – лишь цветок, выдернутый из пышного букета в угоду патриотичным почитателям. В традиционном Непале, присмотревшись, можно найти связь не только с Казахстаном, но и со всеми прочими частями Старого Света.

Но я не стану здесь вдаваться в суть своих интересов, так как они лишь отвлекут нас от главной темы. Скажу только, что незадолго до землетрясения я осмотрел и зафиксировал на фото и видео основные культовые и историко-архитектурные памятники долины Катманду, не предполагая, что через несколько дней очень многие из них превратятся в прах и навсегда утратят если не свой вид, то историческую подлинность и ценность, ибо их грозятся восстановить только в течение пяти-шести лет.

 

Удар!

Непал, землетрясение, культура, репортаж, Андрей Михайлов25 апреля застало меня в Покхаре, втором по величине городе Непала, расположенном в 200 километрах к западу от Катманду. Я сидел на балконе второго этажа маленькой гостиницы и заносил в дневник впечатления предыдущего дня, проведенного в пути к легендарной реке Кали Гандак. По ней проходил древний караванный путь в чарующее своей закрытостью королевство Мустанг по ту сторону Гималаев.

Писал, попутно рассматривая вялотекущую жизнь внизу. На улице крестьяне пытались поймать сорвавшегося с привязи буйвола, в лавке напротив о чем-то судачили женщины в своих ярких одеяниях, озабоченные гнездостроительством цапли носились по воздуху во всех направлениях. И вообще никто из меньших братьев не выказывал какого-то вещего беспокойства.

Мои дневниковые записи о цветущих саловых деревьях, которыми я вполне насладился накануне, и их связи с рождением Будды Шакьямуни (неподалеку отсюда, в роще Лумбини) так и оборвались на полуслове.

Непал, землетрясение, культура, репортаж, Андрей МихайловА это – уже следующая запись:

«12-00. Только что Покхару изрядно тряхнуло. И сейчас продолжает потряхивать. Баллов на пять! Все тут же повыскакивали на улицу. И хозяева гостиницы впереди. Пожалуй, такого конкретного землетрясения я еще не чувствовал. Было видно, как трясутся здания, и ощущалось, как земля ходит под ногами…»

Меня, как коренного алматинца, зыбкостью земной тверди не удивить. Но то, что случилось в Покхаре, явно выходило за рамки всего ощущавшегося ранее.

Мы привыкли, что вслед за сейсмическим ударом амплитуда сотрясений начинает сразу же утихать. Здесь же раскачивание почвы продолжалось несколько минут с одинаковой силой. Все говорило о грозной силе произошедшего. Но разрушений не было, оттого-то я и приуменьшил силу землетрясения на один балл.

 

Еще удар!

Непал, землетрясение, культура, репортаж, Андрей Михайлов«13-00. Прошел по городу. Все на улицах. Туристы спокойнее местных. Разрушений нет. В лавках попадали товары с полок. Кое-где сорвались кирпичи со строящихся зданий. Люди напуганы и возбуждены. Пока шел, случился второй толчок. Все опять повыскакивали из зданий. Но это уже афтершок.

Во время первого толчка я тоже выскочил на улицу, правда после некоторого раздумья. Лишь с этой тетрадкой в руках. Но страха какого-то животного не было. Привычка. Лишь дрожь земная передалась дрожи в ногах. У меня в номере со стола упала бутылка с водой».

В гостинице пропал свет. А вместе с ним – интернет и телевидение. Потому ничего нового за это время я не узнал.

«13-36. Земля и сейчас подергивается где-то в глубине. Недовольна чем-то. Вода в поднятой бутылке на столе не стоит спокойно. Мелко колышется…

Завтра еду в Катманду. Надеюсь, что эпицентр не там. Потому как, когда в 30-е годы долину тряхнуло, то… Ведь все развалины не восстановлены до сих пор…»

Действительно, изучая долину Катманду в предшествующие недели, я то и дело наталкивался на следы разрушений 1934 года: невосстановленные развалины, покосившиеся здания, растрескавшиеся стены.

Непал, землетрясение, культура, репортаж, Андрей МихайловПочему-то мысли о том землетрясении неотвязно преследовали меня все те дни. Ненавязчиво, но постоянно. Особенно в Бхактапуре, наиболее пострадавшем 80 лет назад. Отсюда и эта запись-опасение, сделанная еще до того, как стала открываться подлинная картина произошедшего. Но предчувствие предчувствием, а я пребывал в счастливом неведении еще несколько часов.

«17-30. Надо же, случилось именно то, чего я опасался на этой же странице выше. То самое, чего не было уже 80 лет. И именно там, в долине Катманду, самые большие разрушения.

В отеле отключили свет, и связи нет. Пошел искать Wi-Fi и наткнулся на работающий в одном кафе телевизор, обсаженный явно шокированными людьми. Показывали развалины и трупы. Вначале не мог понять, где это. Картинка была очень сумбурной и непрофессиональной, как это часто случается сразу после.

– Что за город?

– Катманду!»

 

Продолжение следует

Андрей МИХАЙЛОВ

Фото автора

Плюсануть
Поделиться
Класснуть
Запинить

Добавить комментарий

Популярное